sir_nigel (sir_nigel) wrote,
sir_nigel
sir_nigel

  • Mood:
  • Music:

...меж гробами (серия вторая)


Ну-с, продолжим наши кладбищенские прогулки...
И печально, и забавно читать все эти старинные надписи. Забавно - потому как орфографией в те времена не заморачивались... Вот генерал-майорша Одоевская, ПРЕДСТАВШАЯСЯ в таком-то часу пополуночи.
 
Вот - сенатор Резанов (трогательный стих памяти преДставившейся супруги) (Все фото весьма кликабельны!)
  

Вот - инженер-генерал-лейтенант (уважаю!) "переселился в вечное житие". Кратко и по-деловому.
 

А вот - вице-адмирал, барон и кОвалер "переставился"...
 

Ещё стих.
 

"У ног сваво отца..." Жаль девицу! Почему-то мне кажется, что жизнь она прожила весьма бесцветную...
 


Совсем невразумительно. Жена вдова...
 

Зато здесь сестрички- коллежские советницы увековечили брата-купца. Недолго он прожил, но удостоен звания "Друг семейства!"
 

А вот почтенный сенатор Никита Артемонович (именно Артемонович!) Муравьев.
 
Его эпитафия просто замечательна: "И ужасов чужда к бессмертию дорога". Хотел бы я быть настолько уверенным!
(Что любопытно, внуки его все подались в декабристы - двое Муравьевых и Михаил Лунин!)


А у надворного советника Шемякина были хорошие дети, воспитанные - читайте:
 

Не могу отказать себе в удовольствии вернуться к доктору Магиру. Жития его было всего тридцать пять лет - похоже? И ухмыляется он, по-моему, весьма ехидно...
 

Просто интересные образцы:
Отставной гусарский полковник Сила Андреевич Баташев. (к сожалению, полностью памятник не поместился).
Баташев был мужчина деловой - домовладелец! В одном из его домов снимал скромную двадцатикомнатную квартирку Пушкин с семейством, однако ж, не выдержав повышения квартплаты сразу на пятьсот рублёв, разругался с управдомом и съехал... (Вот, собственно, эта история: http://pushkin.niv.ru/pushkin/documents/delovye-documenty/document-022.htm)      
 

Два неизвестно чьих памятника (а неизвестных там много!) - загадочная пирамида
 

и что-то, напоминающее нэцке:


Зато это - памятник очень известной личности - умнейшему дипломату графу Аркадию Моркову. Прожил граф немало - восемьдесят лет, достоинство державы Российской соблюдал строго. А вот памятник получился ну очень помпезным! (И тут, кстати, якорь...)


А здесь якорь наверху - но сломанный. Что ж это за безнадёга такая? Нехорошо... Якорь всегда должен быть велик и прочен, ибо утрачивать надежду христианину не подобает!
 

Вот памятник большому меценату Турчанинову работы Мартоса. К сожалению, какой-то вандал отбил бедняге мраморный нос. Мрачновато выглядит Хронос с книгой - видите, перстом указует - "У нас тут всё записано!"


 

Это - к вопросу о символике. Древо сломанное, древо засохшее, просто пень мраморный... Некогда в Москве, в Некрополе Донского монастыря мне объясняли, что вообще-то такие древесные мотивы излюблены масонами (с показанием примера - масонского надгробия), но здесь, полагаю, в такие тонкости не вдавались.
 




Или вот - парные памятники: купецкий сын Карпов (внук екатерининского генерал-цейхмейстера!) и его мама. Сломанные ветви с цветами...

 
 

Кстати, о масонах. Как вам такая эмблематика? А здесь её следует понимать буквально: г-н Плавов был почтенным архитектором, специализировавшимся на общественно полезных зданиях - больницах, приютах, богадельнях...
 

И - напоследок: Наталья Николаевна Пушкина-Ланская

и адмирал Чичагов. Герой! И с турками воевал (бой в Керченском проливе!), и со шведами (Ревельское и Выборгское сражения). Хотя вторую шведскую войну знают гораздо меньше, а морские сражения там были куда масштабней того же Гангута! Екатерина Великая ценила его по достоинству, несмотря на некоторую...гм-гм... невоздержанность на язык (В 1789 и 1790 годах адмирал Василий Яковлевич Чичагов одержал блистательные победы над шведским флотом, которым командовал сначала герцог Зюдерманландский, а потом сам шведский король Густав III. Старый адмирал был осыпан милостями императрицы. При первом после того приезде Чичагова в Петербург императрица приняла его милостиво и изъявила желание, чтобы он рассказал ей о своих походах. 
Для этого она пригласила его к себе на следующее утро. Государыню предупреждали, что адмирал почти не бывал в хороших обществах, иногда употребляет неприличные выражения и может не угодить ей своим рассказом. Но императрица осталась при своем желании. На другое утро явился Чичагов. Государыня приняла его в своем кабинете и, посадив против себя, вежливо сказала, что готова слушать.
Старик начал! Не привыкнув говорить в присутствии императрицы, он робел, но чем дальше входил в рассказ, тем больше оживлялся и наконец пришел в такую восторженность, что кричал, махал руками и горячился, как бы при разговоре с равным себе. Описав решительную битву и дойдя до того, когда неприятельский флот обратился в полное бегство, адмирал все забыл, ругал трусов-шведов, причем употреблял такие слова, которые можно слышать только в толпе черного народа. "Я их! я их!" — кричал адмирал. Вдруг старик опомнился, в ужасе вскочил с кресел, повалился перед императрицей!
— Виноват, матушка, ваше императорское величество!

— Ничего, — кротко сказал императрица, не давая заметить, что поняла непристойные выражения, — ничего, Василий Яковлевич, продолжайте, я ваших морских терминов не разумею.)

- читайте эпитафию!
 



(Окончание следует)

Tags: о полезном и интересном, осеннее
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments